Приволжская новь
Общественно-политическая газета Приволжского района

Академия глубин

41 год  назад у Сергея Львовича Серова совпало сразу два события – день свадьбы (правда, второй) и день Военно-морского флота. Как бывший моряк-подводник, он посчитал этот факт  знаком судьбы. «Да, свадьба получилась тоже «морской», - вспоминает он, - как было тогда принято, гости на второй день всегда рядились в какие-нибудь смешные наряды, а у меня они оделись в военно-морскую форму: кому тельняшка досталась, кому – бескозырка, бушлат, ремни, даже брюки-клёш – всё пошло в дело. Обратно возвратить смог только часть, так всем захотелось иметь в своём гардеробе такие вещи». А уж брюки-клёш – это вообще отдельная история: 41 см от бедра! Их он заказывал специально для ДМБ (демобилизации). Но этот маленький эпизод – всего лишь предыстория для большого рассказа о службе в ВМФ, которая стала любовью всей жизни Сергея Львовича.

На памятной фотографии С. Л. Серов (первый слева в третьем ряду снизу).

Мечты сбываются и не сбываются

«Я мечтал служить в ПВО:  начитался книг про войну, и так хотел научиться подбивать самолёты противника и, если потребуется, делать это в реальной жизни. Но меня призвали в Морфлот. Расстроился. И мечта не сбылась, и служить 3 года предстояло, а не 2, как всем сухопутным,  - начал рассказ С.Л.Серов. – Сейчас-то, конечно, не жалею, наоборот радуюсь, что так всё вышло». Направили его в Северодвинск, как и всех поначалу, в учебно-войсковую часть осваивать специальность машиниста-турбиниста. Трудностей он не боялся и  был морально готов к их преодолению, хотя, конечно, предположить, что в машинном отделении придётся постоянно находиться в жаре, духоте, влажности и при повышенном давлении, тогда ему было сложно.  
Знакомство с лодкой, на которой предстояло служить, состоялось в Горьком. Команда, в состав которой входил и Сергей, должна была сопроводить её на место постоянной дислокации. Долгой оказалась эта дорога до Северодвинска, но ещё сложнее              выглядели госиспытания судна  – стрельбы, проверка работы всех механизмов…Сдаточная команда работников завода обучала экипаж управлению лодкой долго и старательно, объясняя работу каждого механизма, назначение каждого винтика. Теория дополнялась практикой. «Эта лодка была просто красавицей, - утверждает бывший моряк, - она понравилась мне сразу – чёрная, узкая, литая капсула. Она была лучшей среди своих «подруг», двигалась тихо, почти бесшумно. Даже американцы признавали этот факт и дали ей почётное имя «Чёрный принц», хотя другие клички для наших лодок они давали пренебрежительные, например, «ведро с гайками». 100 метров в длину, 2 корпуса, капсула, в которой находился экипаж,  - 80 м, в высоту – 17 м., а это пятиэтажный дом! Представьте, как двигается эта махина со скоростью 32 узла в час (60 км в час)!  А на её борту –100 человек экипажа, торпеды и крылатые ракеты». И то, что она новая и сделана без малейшего брака,   играло немаловажную роль. Бывало, что на других лодках, возрастом постарше, протекал реактор. «Чёрный принц» служил своему экипажу верой и правдой. Думали ли моряки про возможность облучения? Конечно, думали, но старались эти мысли отметать. «Я входил в аварийную команду, - говорит по этому поводу Сергей Львович, - моей задачей в случае необходимости было взять пробу с конденсатора. Случись такое, это было бы моим последним заданием, так как дозу радиации при этом действии не принять просто невозможно. Но выяснить какой реактор потёк, какой надо заглушить и, тем самым, спасти другие жизни, было гораздо важнее».

Члены экипажа с семьями около подводной лодки проекта 671-РТ.

«Мы вызывали огонь на себя»

За  долгий срок  службы на флоте Сергею Серову пришлось совершить два автономных похода. Особенно запомнился ему первый, длившийся 2,5 месяца, 76 дней.  «Ходили в Атлантику, 3 недели сопровождали нашу ракетную лодку, которая несла стратегические ракеты. Чтобы сделать выстрел, ей требовалось 4 часа настраиваться, если её спугнёт что-то (вражеский корабль), то настройку придётся   начинать сначала. Для предотвращения этого нежелательного явления  и требовалось наше прикрытие – мы вызывали огонь на себя в случае необходимости. Не в прямом смысле, конечно, но вести отвлекающие маневры было нашей задачей.
Далее 2 недели мы вели свободный поиск:  проходили через НАТОвский рубеж, искали объект для слежки – американскую подводную лодку.   Необходимо было подобраться к ней как можно ближе и «установить контакт», причём, не дав себя обнаружить. Если бы это произошло, нам бы мало не показалось. Противник мог включить гидроакустические шумы, которые человеческий слух просто не может выдержать. Нам бы пришлось всплывать, что означало бы провал задания.  И вот мы её обнаружили, в течение полутора часов сопровождали, ведя прослушку. Но были затем обнаружены, и началось наше бегство! Мы убегали трое суток, проявляя хитрость и изобретательность. Рисковали, уворачивались,  и нервы были на пределе…  Никто не был уверен в успешном окончании этой операции. Но потом  появились другие наши суда-разведчики и прикрыли нас.
От дурных мыслей  спасала молодость, верилось, что можем пролезть сквозь игольное ушко, а так и было! За этот поход экипаж получил 4 ордена и 13 медалей. Мне досталась благодарность. И потом, спустя время, вспоминая эти события, я думал о поведении наших офицеров, их выучке. Насколько они были спокойны, выдержаны, психологически устойчивы! Понятно, что просто так на подводную лодку  не попадают, эти люди прошли серьёзный отбор. Для нас они были настоящим примером и образцом для подражания, причём в любой ситуации, ведь на подлодке каждый день – это испытание. В панику может ввести всего лишь сообщение командира, что под килем 6 тыс. метров».
Второй поход, по словам Сергея Львовича, не был таким запоминающимся и долгим, как первый: из-за ошибки штурмана подводная лодка всплыла раньше, чем надо, и в неположенном месте.
Зато ему посчастливилось пройти через Бермудский треугольник. Хотя, если бы командир не сказал об этом, Сергей бы и не догадался: всё было обыкновенно, никаких тревог и особых поручений. Однако, переход пришёлся на его вахту, а это уже честь и дополнительное приключение. «Не бойся, - сказал командир, - над нами идут 3 научно-исследовательских судна». Какую задачу решала в это время  их лодка, рядовые моряки не знали. Многое было засекречено. И это относилось не только к Бермудскому треугольнику. По рассказу Сергея Львовича, каждый день в 0 часов командир в присутствии  заместителя по политчасти и помощника командира открывал сейф и доставал пакет с заданием на день. Они были расписаны заранее высшим командованием.
Уже спустя годы, С.Л.Серов, вспоминая о своей службе в ВМФ, сделал некоторые выводы, заключив в них свои прежние наблюдения, с которыми не преминул поделиться с корреспондентом газеты. «Во-первых, нашему командиру было всего 33 года! Да и все офицеры были  молодыми. Но этот факт не умалял их авторитета. Во-вторых, по национальному составу  у нас преобладали русские, украинцы и белорусы. Потом появились прибалты. Все мы были дружной командой, единые духом и сильные своей дружбой. У нас не было дедовщины. Когда бы ей проявиться, если мы всегда были заняты делом, выполнением поставленных задач, находились в экстремальной обстановке, требующей сплочения и доверия?» И про себя лично  Сергей кое-что заметил:  «Находясь в автономном походе, я не курил. Это строжайше воспрещено правилами, мы все чётко понимали, что пожар на корабле – это самое страшное, что может случиться.  Не курил и не тянуло. Но стоило выйти на берег, как привычка возвращалась! Хотел бросить совсем, но не смог».

Что такое птюха

За вопросом о том, что ели моряки в дальнем плавании, последовал интересный рассказ Сергея Львовича,  в котором появилось неизвестное слово «птюха». Конечно, сразу можно было предположить, что это какая-то еда, но чтобы такая!  «Это было коронное блюдо моряков на завтрак, - объяснил Сергей Львович, - скрой белого хлеба, на него кладётся сливочное масло, потом творог с мёдом, кружочки копчёной колбасы, кусочки сыра, яйца, потом снова творог с мёдом и заканчивалось всё это великолепие снова куском белого хлеба». Может ли влезть в рот бутерброд такой толщины? «Сперва не влезал, - говорит С.Л.Серов, - приходилось кусать с краю, а потом научился есть, как надо». Судя по его рассказу, наших моряков кормили замечательно. «Если бы я сейчас так захотел питаться, то не смог бы», - утверждает мой собеседник. Итак. Кофе, какао, всевозможные компоты – венгерские консервированные (слива, яблоки, груши, персики и т.д.). Обед – первое, второе, третье, плюс балык палтуса, обязательный томатный сок. Ужин, как обед. Если выходили в море, то прибавлялся шоколад, красная икра, таранька (наверное, чтобы восполнять потерянную моряками соль, она вымывалась из организма, потому, что они пили подсоленную дистиллированную воду, другой не было). Свежих продуктов хватало на 2 недели, потом наступала очередь консервации. Особенным был  даже хлеб: его на берегу пропитывали спиртом и запаковывали в пакеты, чтобы потом в море разогреть в электрической печи, от чего спирт испарялся, и он становился очень вкусным. Вот такие подробностями поделился Сергей Львович. А как же макароны по-флотски? «Они тоже были, причём, в самых лучших традициях поварского искусства», - ответил бывший моряк. К слову сказать, ими он планирует угостить друзей и гостей праздника -  Дня Военно-морского флота, который в этом году отмечается 29 июля.

Макароны по-флотски и компот

По-разному отмечают бывшие моряки свой праздник. «Обычно собираемся сначала в городском  сквере, идём на кладбище к умершим своим однополчанам, - говорит Срегей Львович. - Последние годы нам понравилось ездить в Волгореченск, брататься с соседями, поздравлять друг друга. Мы стали друзьями. В прошлом году нас пригласили в Кинешму поучаствовать в военном параде. Мы приехали, прошлись строем, все были в морских формах. Удивились, что в Кинешме так много моряков, причём офицеров в отставке. Принимали нас очень хорошо. В этом году часть наших снова поедет в этот город, а часть, включая меня, собирается посетить Плёс. Я планирую взять с собой походную печь, расположиться на берегу Волги, сварить макароны по-флотски и компот и угощать всех желающих. Ещё возьму рынду. Пусть звонят, кто хочет. Разрешение на это мероприятие от властей Плёса уже получено. Посмотрим, как этот план осуществится. А чтобы с утра у всех бывших моряков было хорошее настроение, а другие жители просто знали о празднике, по нашему радио прозвучат песни, напоминающие об этом дне».

Север - школа беспримерная

Более 40 лет прошло с той поры, как С.Л.Серов расстался с Северным флотом. Но   службу в ВМФ до сих пор считает одним из самых  ярких событий в своей жизни. Любит смотреть и фотографии тех лет. На одной из них  - лодка «К – 371 проекта 671 - РТ», под названием «Чёрный принц», продолжающая вызывать в нём самые тёплые воспоминания. Есть и фотография первого её экипажа. Делать фото первого экипажа любой лодки было на флоте традицией. Рядом с этим снимком - такие слова: «Север – школа беспримерная, среди равных – он один, флот Краснознаменный, Северный – академия глубин».
 Сергей Львович прошёл свою академию. Его сын, Денис,  закончив военное училище, тоже   выбрал военно-морской флот,  является сейчас оперативным дежурным пункта связи морской авиации Тихоокеанского флота. Несомненно, что рассказы отца в этом выборе сыграли не последнюю роль.

Мира вам и благоденствия!

«Поздравляю с праздником всех, кто служил и служит в ВМФ страны, кому не безразличны честь Андреевского флага и флага ВМФ, тех, кто сходил на берег после дальнего похода, и с особым чувством и интонацией произносил «земля», тех, кто провожал нас в походы и ждал возвращения, а также тех, кто строил корабли. Мира вам и здоровья, а тем, кто сейчас на вахте – низкий поклон!» - такие слова приветствия шлёт всем морякам С.Л.Серов в преддверии праздника.

О. Пикина.

Календарь

Декабрь 2018
ПнВтСрЧтПтСбВс
     
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
      

Горячая линия

Единая дежурно-диспетчерская служба:

8-963-215-84-07 
4-19-06

Телефонный справочник